Арт-журнал «Солнечный город Люстгальм», интервью с творцами и мастерами. 18+

Интервью

Абсолютно цельная Личность — создатель проекта «Сапфировый феникс» Мария-Генриэтта приоткрыла глубины Вселенной своей души.

Проект

Сапфировый ФениксСапфировый Феникс

Музыкально-фантастический проект

Создан в Санкт-Петербурге в 2010 году, в течение 2013-2014 годов был записан альбом «Линия».

Автор идеи, лирики, музыки и вокалистка — Мария Генриэтта

Над Фениксом также работали:

  • Дмитрий Куликов — аранжировки, клавиши, бэк-вокал
  • Александр Стариков — ударные, аранжировки
  • Тамара Герасун — художник
  • Каринэ Паникян — соавтор, бэк-вокал, лучший друг
  • Софья Новик — художник по костюмам

офсайт

Журналист

Дарья ДонцоваДарья Донцова

Дарья Донцова — петербурженка! Она трепетно относится к этому статусу и стремится поддерживать его высокую планку.

Закончила с отличием Санкт-Петербургский Государственный Университет Культуры и Искусств по специализации маркетинг и реклама.

Начиная с первого курса, она работает по своему призванию — сначала координирует, а позже и самостоятельно организовывает различные мероприятия: концерты, спектакли, творческие встречи. Занимается журналистикой. Является одним из учредителей арт-медиа агенства «Мурка-post».

Помимо проектов, за ее плечами работа в штате как в Санкт-Петербургских театрах, так и в Московском. Стажировки в США и Израиле.

И хотя она при любом удобном случае старается вырасти в профессиональном плане, считает, что главное для нее — это видеть Мир открытым сердцем, которое должно быть всегда «шире экватора»!

ddontsova2010@gmail.com

art

Любовь — она самое многообразное чувство на свете. Все оттенки и полутона описать немыслимо.

Сапфировый феникс|Матрица

Сапфировый феникс|Лунный камень

— Любовь к противоречиям сподвигла назвать проект «Сапфировый Феникс» или..?

— Сапфировый Феникс иначе — фэнхуан. Это странное существо из китайской мифологии, которое явилось мне в результате некого творческого откровения. Я предпочитаю думать, что это «снизошло», из космоса, из единого информационного пространства Земли, не знаю. Хотя, с тем же успехом можно предположить, что я просто выдумала это словосочетание, но, как и большинство вещей на свете, оно оказалось выдуманным до меня.

— И кто же этот Сапфировый Феникс?

— Сапфировый Феникс является антагонистом Дракона. Дракон воплощает мужское начало, а феникс-фэнхуан — женское. Это магическое создание считается довольно сильным и даже опасным. Вообще говоря, я не так чтоб хорошо знакома с китайским бестиарием, в европейском или ближневосточном разбираюсь много лучше. Однако, если вы начнете искать изображения Сапфирового Феникса, то, помимо логотипа и символа нашей группы, нарисованных художницей Тамарой Герасун, вы найдете именно китайских синих фениксов.

— У Вас невероятные, отчаянные тексты! Это как у Маяковского: «Я пишу потому, что я больше не в состоянии об этом думать»?

— Маяковский, не скрою, один из любимых мною поэтов, знал толк в том, как рождается эмоциональная лирика. Для меня это всегда магия. Когда ты находишься в том самом высокоэнергетическом состоянии, которое нужно для творческого акта, ты совершенно безумное, неадекватное, почти нечеловеческое существо. Все углы заостряются, все краски сгущаются, каждая мелочь обретает символический смысл.

— А как строится творческий процесс с музыкой?

— Музыка — это такой сложный, больной вопрос. Меня спрашивают: «Кто музыку писал»? Отвечаю: «Я, но»... «Вау!!! Ты еще и музыку пишешь? Ой, как круто»! А я себя начинаю чувствовать просто настоящей врунишкой. Да, я придумываю вокальную мелодию, одновременно с текстом. Подкладываю под нее 3-4 блатных аккорда. Если исполнить это в исходном виде, получится довольно обыкновенная бардовская песня.

— А потом?

— Дальше начинаются чудеса аранжировки, в результате которых изначальные блатные аккорды выкидываются, заменяются на гитарные рифы, у песни вырастает каркас, форма, меняются тональности, появляются сольные партии для инструментов. В этом процессе у меня только совещательный голос. Потому что мои гениальные товарищи, Дмитрий Куликов и Александр Стариков, в отличие от меня, совершенно точно знают, из чего делать музыку. Когда чудо состоялось, мне остается его только спеть. А попробуйте спеть, когда ваши незатейливые аккорды испарились, а вместо них, джент, например. Или пост-рок, построенный на выражено диссонирующих инструментальных партиях, а мой голос как раз в середине, между выколачивающим пыль басом и визгливой безумной гитарой. В общем, песню приходится буквально разучивать заново. Такой вот процесс, многоступенчатый.

— Если что-то, объединяющее Ваши песни?

— Да, все мои песни о любви. Даже те, которые таковыми не кажутся, все равно о любви. Ищите подтекст, второе дно, рисуйте картины. Вы непременно увидите «правду» — ту историю, которая на самом деле лежит в основе песни.

— А что для Вас любовь?

— Любовь — она самое многообразное чувство на свете. Все оттенки и полутона описать немыслимо. Я у кого-то прочла, что любовь — это чисто женская тема, а вот ежели «о подвигах ратных и духовных» — оно более общечеловеческое. Ничего подобного. У нас (у меня и моей сестры Каринэ Паникян, чьи тексты также используются в нашем проекте) есть песни и экзистенциального, и религиозного, и воинского содержания. И все они про любовь. Все равно.

— Ваш первый клип «Линия» снят в Израиле. Почему выбор пал на эту страну?

— В первую очередь, потому что около четырех лет назад мой выбор, в принципе, пал на эту страну, как на место, где мне хотелось бы остаться. Это было необыкновенное путешествие, во время которого мой мир перевернулся, и Святая Земля буквально захватила мое сознание. Я не просто переживала разлуку, я с жаром фанатика думала о том, что должна вернуться и остаться там.

— И все получилось?

— Удивительно, но в считанные месяцы все случилось по-моему. Теперь значительную часть своей жизни я провожу в Израиле. Однако, моей родиной остается Петербург, куда я приезжаю, в частности, работать над проектом. И, конечно, вне зависимости от моих эмоциональных и температурно-климатических пристрастий, мои слушатели — это русские, российские люди, ведь думать и писать я продолжаю по-русски.

— Есть ли в Вашем сердце тот Великий, кто помог становлению музыкального вкуса?

— О, нет, мое сердце свободно. А если серьезно, то в разные периоды своей жизни я увлекалась очень разной музыкой, от русского рока до маткора, и от симфонической музыки до блэк-металла. При этом я не могу себя назвать ни меломаном, ни музыкально всеядным человеком. Потому что это именно периоды: возрастные, эмоциональные, даже географические.

— А на каком направлении остановились в итоге?

— В конечном счете, я предпочитаю тяжелую и довольно замороченную музыку. Но металл сам по себе давно перестал быть направлением, и даже прогрессив-металл перестал быть направлением. А когда начинается деление на более мелкие подкатегории, то мы доходим до абсурдного «ориентал-дум-прогрессив-металл» (вы можете себе представить, как это звучит, кроме того, что это звучит глупо? а я вот очень хорошо представляю), а также до того, что каждая группа играет в своем стиле. Поэтому на вопрос «что слушаешь» я уклончиво отвечаю «разный тяжеляк».

— Что относительно Вашего творчества? Оно ведь очень самобытно, сложно отнести его к определенному жанру да и надо ли?

— Я, наверное, могу задать вектор для тех, кому достанет терпения ориентироваться в этой странной терминологии. Это, вне всякого сомнения, хард-рок, то есть рок, достаточно обильно приправленный пониженным строем, жесткими рифами, жирными барабанами, и, вообще, всем тем, что делает музыку тяжелой. Возможно, это разновидность мелодического металла. Я называла это и «полутяж», по аналогии с боксом, и «прогрессив, ритмически адаптированный под идиота» (в роли идиота, в данном случае, выступаю я сама).

— Как-то звучал и термин «фолк-рок»?

— Меня часто «ругают» фолк-роком, наверно, за дело, потому что есть и кельтика, и мотивы казачьих песен, и что-то откровенно арабское. В свое «оправдание» могу привести следующие соображения: во-первых, мы не используем в аранжировках народных инструментов, и все, что вы слышите — это чистой воды стилизация, во-вторых, поскольку к числу гениев композиции ни я, ни мои товарищи себя не относим, нужно откуда-то подпитываться, понимаете? И на мой вкус гораздо честнее «заигрывать» с народной музыкой, чем просто воровать чужие блюзы. А, главное, шансы получить уникальный результат намного выше.

— Шикарен, силен, глубок и неповторим голос. Это природный дар или учились?

— Всякий раз, когда я слышу о «природном голосе», я смеюсь. В истории музыки есть случаи так называемой «самопостановки голоса». Из соотечественников — Людмила Зыкина. Из мировых знаменитостей — Махалия Джексон. Есть еще примеры, но явление, вообще говоря, феноменальное. Однако, среди людей удивительно живуч миф о голосе, как о природном даре. К пению есть природные способности, также точно, как бывают способности к математике или атлетике. Но практически всегда, и в том, и в другом, и в третьем случае, их необходимо развивать.

А если забыть о популярных мифах, то в классическом смысле музыкального образования у меня нет. Однако пению я училась, учусь и буду учиться — это бесконечный путь.

— Что для Вас термин «предназначение»?

— Почему-то сразу подумала про А. Сапковского. Наверно потому, что от термина веет запредельностью, неизбывностью, колдовством и жутью. Хотя на самом деле я довольно серьезно отношусь к вопросу предназначения. Как-то мы дискутировали с одной юной особой, обсуждая, казалось бы, банальное: характеры в книге «Мастер и Маргарита». Оказалось, нашла коса на камень. Девушка совсем не понимала, что ж такого особенного в том, чтоб быть поэтом (или писателем, там был довольно обширный контекст). Ну, подумаешь, ремесло. Она вот программист — тоже такое ремесло, хорошее, она его выбрала и любит. Мне пришлось спросить у нее: «А что будет, если завтра запретят кодить, под страхом тюрьмы? Останешься программистом? Будешь нарушать закон, писать что-то тайно, в стол, для себя»? «Ни в коем случае, я ж себе не враг»! — ответила она. «Вот, видишь разницу между нами? Я просто не смогу прекратить писать». Наверное, это самое наглядное понимание предназначения.

— Есть ли у каждого человека Судьба или это череда собственных принятых решений?

— Мне сложно ответить на этот вопрос. Наверно, элемент предопределенности есть. Например, мы все с детства знаем, что повзрослеем, постареем. И, увы, умрем. Является ли это нашей судьбой? Не личной, а общечеловеческой? Наверно да. Сможем ли мы предотвратить это? Однозначно, нет. Сможем ли мы выбрать, как и когда мы умрем? И да, и нет. Например, считается, что медицина в Израиле лучше, чем в других странах. Позволит ли мне это продлить мою жизнь? Возможно, что да. Однако, жить там — это постоянная угроза стать жертвой террориста или ракетного обстрела. Может ли это сократить мою жизнь? Скорее всего, да. Вряд ли тут может идти речь о каком-то выборе. Тут элемент фатума, судьбы. Так что жизнь, наверно, более сложная схема, чем просто судьба или череда собственных побед и ошибок.

— Ничто не сравнится с «живыми» выступлениями. Когда можно будет попасть на концерт? Есть планы? Привлекает ли выступление на фестивалях?

— Планы, несомненно, есть. Но сегодня я не вполне готова отвечать на вопрос «когда». Надеюсь, что скоро, однако груз организационных вопросов у нас немалый, перелеты утомительные, а опыт организации пока скромный. Но, я считаю, все преодолимо.

— Тогда давайте поговорим о желаниях. Расскажите.

— Хочется выступить, в первую очередь, на родных питерских площадках. Потом посетить столицу. Ну, а в идеале, чем черт не шутит, съездить в тур по России. Пара концертов в Израиле тоже не повредит. И фестивали, конечно, очень важная тема. В стрессовых и полевых условиях, которые обычно случаются на фестивалях, как раз проверяется «запас прочности», как для группы, так и для каждого музыканта.

— В конце декабря вышел новый альбом. Как и где его можно приобрести?

— Альбом «Линия» у нас в сети в свободном доступе. Просто посетите наш сайт, и вы найдете там ссылки для скачивания альбома. Специально для тех, кто захочет нас поддержать материально там же, на сайте, есть ссылки на электронные кошельки. Также вы можете слушать альбом вконтакте и на ресурсе soundcloud.

Понравилось? Вступай в группу, будь в курсе концертов и новых событий!
  • Антон Соя: я — за сказку!

    Антон Соя: я — за сказку!

    Король русского галлюциногенного реализма, писатель Антона Соя рассказывает о двух изданных сказках. Одна — для взрослых, вторая — для детей. Осталось только разобраться, кто из нас кто. Хотя?.. Сказкам все возрасты покорны! Read More
  • Людмила Погорелова. Те, кто имеет маски — сильны

    Людмила Погорелова. Те, кто имеет маски — сильны

    Актриса, чье появление на сцене обеспечивает невообразимую игру контрастов, увлечение зрителя в коридоры смыслов и идей. Людмила Погорелова — ведущая актриса Театра Романа Виктюка и женщина, вдохновляющая и преображающая мир своей неповторимостью. Read More
  • Арт-группа DTN. Творческий акт — вещь магическая

    Арт-группа DTN. Творческий акт — вещь магическая

    Единственный в своем роде творческий тандем дизайнера Alex Theatre_No и фотографа Раисы (Чешшш) Канаревой, не устает удивлять… Следя за их совместной работой, несложно предположить, что гармония творческих отношений существует! Read More
  • Вадим Курылев. Остаюсь собой

    Вадим Курылев. Остаюсь собой

    Интервью с Вадимом Курылевым, лидером группы «Электрические Партизаны». Вадим Курылёв развеивает стереотипы об анархистах, рассказывает о взаимопомощи, борьбе против массовой культуры. Read More
  • Рок Янки Дягилевой

    Рок Янки Дягилевой

    Скажешь просто — Янка, и всё ясно, не нужно ничего больше добавлять, и так понятно о ком идёт речь. Объяснять, кто она, тем, кто слышал её песни, не нужно, тем, кто не слышал, бесполезно. В этом году ей исполнилось бы 47 лет. Так и хочется добавить — всего-навсего 47 лет! Read More
  • Кошка Сашка. Здоровая конкуренция

    Кошка Сашка. Здоровая конкуренция

    Бард-рок музыкант Кошка Сашка, песни которой приписывают то Янке Дягилевой, то народу, утверждает что в современном искусстве здоровая конкуренция, делится планами турне по России и рассказывает как собрать стадион. Read More
  • Юлия Виданова. Падение в образы и неизвестность

    Юлия Виданова. Падение в образы и неизвестность

    Художник Юлия Виданова считает, что творческие соревнования — вещь субъективная, она видит богатство полутонов в тёмной палитре и говорит, что в современном веке не хватает остановки для созерцания. Read More
  • Дмитрий Бозин. Техника превращения

    Дмитрий Бозин. Техника превращения

    Дмитрий Бозин рассказывает о работе над спектаклем «Несравненная», о своём превращении в Флоренс Фостер Дженкинс и мечтает построить гиперболоид инженера Бозина, топливом для которого называет энергию молодости. Read More