Арт-журнал «Солнечный город Люстгальм», интервью с творцами и мастерами. 18+

Киностудия «ALP-films»
Киноавтор Адре Галичанин

о студии фильмы онлайн новости сценарии поэзия +7-921-423-14-61 lustgalm@gmail.com

 

О т е ц слегка отстраняет С ы н а, который загораживает магнитофон. С ы н, пристально вглядываясь в О т ц а, медленно отходит в сторону. Снова гаснет свет.

О т е ц. Ах, черт! Опять замкнуло.

С ы н. Странные ощущения охватывают меня, когда я начинаю думать о тебе. Я представляю тебя своим другом, который поддерживает, которому я могу доверить самое сокровенное, но когда ты появляешься, мы начинаем спорить. Ты что, не наспорился? Или ты не можешь найти успокоения, как и всякий, прошедший через это?

С ы н устало присаживается на пол, свет возобновляется.

О т е ц (ставит тему «Катяться волны»). Порядок! Сына, под это танго мы познакомились с твоей матерью (пританцовывает). Она скромно тусовалась в курортном кафе, по-моему оно называлось «Танго», ее никто не приглашал. Может быть, потому что одета была не по моде. Она никогда не умела одеваться. А меня как будто какой-то голос подговаривает: «Иди, пригласи вот эту …» Я подхожу (подходит к Сыну). Она сидит в уголочке, вот как ты сейчас. Разрешите Вас пригласить?

С ы н. Я не танцую танго.

О т е ц. Это не так сложно: я наступаю — Вы отступаете, потом Вы наступаете — я отступаю.

О т е ц подает руку С ы н у, он в ответ протягивает свою, они совершают несколько танцевальных движений, смеются.

О т е ц. Получилось немного топорно, но неплохо. Нам даже аплодировали, а массовик-затейник какой-то приз вручил. Выяснилось, что мы с ней из одного города по профсоюзным путевкам. И завязалось…

С ы н. А актрису, такую кучерявую, из музтеатра ты тоже приглашал танцевать?

О т е ц. Ты знаешь про нее?

С ы н. Ваши с матерью скандалы из-за нее мне всю плешь проели.

О т е ц. Ты же тогда, по-моему, еще в школу не ходил…

С ы н. Но ухи-то имел!

О т е ц. Твоя мама, к сожалению, слишком сдержанно относилась к искусству, точнее сказать, никак не относилась, а во мне всегда билась творческая жилка.

С ы н. А эта…такая… малолетка совсем — проводница что ли? В короткой юбке! Она тебе монологи Джульетты читала?

О т е ц. Нет, у нее тетя в филармонии работала, мы столько концертов посетили… Сорванец, ты, по-моему, только-только в первый класс пошел!

С ы н. Но уже подглядывал.

О т е ц. Гм! И что же ты…это…маме…

С ы н. Нет, я ничего не сказал. Только спросил, почему она коротких юбок не носит.

О т е ц. И что же она?

С ы н. Вмазала!

О т е ц. В ее стиле!

С ы н. Не оправдывайся. В семейных делах ты всегда был тряпкой, извини за откровенность. Раз тряпка, так тобой и вытирают, где хотят.

О т е ц. Я возражал, я спорил… Не надо меня так уничижать! Мы с матерью сумели договориться и разъехались. Помнишь, как было хорошо одно время?

С ы н. Вы разъехались, когда мне все нервы измотали!

О т е ц. Поверь, мы очень ждали твоего появления. Тебе никто никогда не рассказывал, но… мать вымаливала тебя на могиле у бабки. Поздний ребенок…У нас с мамой были вполне нормальные отношения, но потом как-то неожиданно все скособочилось.

С ы н. Вчера опять биографию Маркса читала.

О т е ц. Ты был у нее?

С ы н. Я навещаю маму.

О т е ц. С доктором говорил?

С ы н. Говорил.

О т е ц. И что?

С ы н. Диагноз подтвердился (крутит пальцем возле виска).

О т е ц. М-да-а…. Все-таки я надеялся, что не настолько…

С ы н. А что ты хотел? Издевательство над своей природой не проходит безболезненно.

О т е ц. Издевательство?

С ы н. Женское-то задавлено.

О т е ц. К сожалению, эпоха сделала женщину жесткой. Перевернулось все с ног на голову. Женщины женятся, мужики выходят замуж.

С ы н. Слушай, а как же любовь?

О т е ц. Любовь?

С ы н. Ну, между тобой и мамой я особой любви не помню. Все твои любовницы — тоже как-то несерьезно. А кого же ты любил?

О т е ц. Она была недосягаема. До поры, до времени…

Сильный порыв ветра распахивает окна, занавески надуваются, как паруса, раздается звон разбитого стекла, один раз, потом еще и еще. Рев сирены. О т е ц и С ы н суетливо стараются закрыть окна.

С ы н. Стихия разгулялась. Давай, подбавь еще! Снеси крышу! Дуй! Дуй! Дуй! Ха-ха-ха!

О т е ц . Ты чего?

С ы н. Как она…ха-ха-ха…тогда вернулась с молотком, довольная: «Больше не будете блядей возить». Я побежал смотреть: все стекла вдребезги, шины проколоты… Подарочек нам с тобой к открытию дела…

О т е ц. Это все от бухгалтерии. Их замучили проверки. Нельзя настолько отдаваться цифрам!

С ы н. Помню, я тогда закричал: «Все! Разъезжайтесь! Иначе вы прикончите друг друга!»

У С ы н а начинается приступ сильного кашля. Пытаясь прокашляться, низко сгибается, ложится на пол.

О т е ц (тихо подходит к Сыну). И мы разъехались.

С ы н. Холодно.

О т е ц. Увы, я не излучаю тепла.

С ы н. Но ты ведь чего-то хочешь?

О т е ц. Покоя.

С ы н. Зачем ты сделал это?

О т е ц. Чтобы убежать от всех. Бывают мгновения, когда внешний мир становится в тягость.

С ы н. Ты ругал мою «Теорию суицида»…

О т е ц. Так вот она и пригодилась.

С ы н. (медленно встает) Я и предположить не мог, что все так обернется.

О т е ц. Мы предполагаем, а Бог располагает.

С ы н. Ты, законченый атеист, смеешь упоминать Бога?

О т е ц. Когда уходишь туда, вера не имеет значения (направляется к пианино, берет ноту). Можем ли мы думать? Можем ли мы делать? Думается, делается… Но не так, как мы ожидаем. (Прислушивается) «Соль» звучит как «до». Подтянуть? (приоткрывает крышку) Впрочем, зачем? Какую бы ноту, какой бы октавы мы ни взяли, она может быть любой нотой любой иной проходящей сквозь нее октавы… Постоянно припоминаются чьи-то фразы, но матрица памяти стирается.

С ы н. Ты почему-то никогда не рассказываешь о самом моменте…

О т е ц. Чего рассказывать?

С ы н. Как «чего»? Парение над телом… длинный темный тоннель…

О т е ц. Ерунда. Вот полет с крыши — незабываемо! Увы, лишь краткий миг. Эх, если бы при этом воспарить подобно птице, расправив крылья… Но что-то не дает взлететь. Ведь нельзя мне улететь — не птица я, и крыльев нету!

С ы н. Хорошо тебе говорить. Ты все проблемы быстро разрешил: взял да сиганул. Никто и представить не мог, что «тихий» папа выкинет такой номер. Получается, я, как Маркс, теоретизировал, а ты, как Ленин, воплотил практически.

О т е ц. Мысль имеет свойство материализовываться. Иногда самым неожиданным образом.

С ы н. В тот вечер, когда ты возмущался моей писаниной и мы с тобой собачились про всяких там правителей, нацистов… ну, когда ты еще тарелки грохнул перед моим приходом, а потом свет постоянно гас из-за ветра… ты уже тогда принял решение?

О т е ц. Об этом я совсем не думал. Было мерзко на душе от звонка одной…э-э…

С ы н. Кредиторши?

О т е ц. Да. Причем, от нее я меньше всего ожидал, что начнет лаять. Потом, разговор с тобой, все эти воспоминания, конечно, не прибавили мне бодрости. Потянуло подышать воздухом. Я забрался на крышу. Вдохнул полной грудью, лицо ветру подставил. Верхушки тополей шелестели где-то рядом… Взглянул вниз: дорожка к дому освещена лунным светом. И как-то захотелось мне к нему приблизиться, поманил он меня. Я шагнул…

С ы н. Кто это был?

О т е ц. Где?

С ы н. Кто звонил?

О т е ц. У-у… Это жена одного губернаторского выдвиженца. Мне не советовали с ней связываться, но ты помнишь, в каком положении тогда находилось наше предприятие. К тому же нужны были деньги на ремонт разбитой машины. Без нее — ни туды, ни сюды.

С ы н. Она угрожала?

О т е ц. Еще как! Грозилась людей подослать. Я ей по дурости пообещал завышенные проценты.

С ы н. Где ты ее подцепил? Почему мне ничего не сказал?

О т е ц. Ты тогда был невменяемым. У тебя развивался роман с очередной цацей.

С ы н. Ой…

О т е ц. А что? Они облепили тебя, как мухи…

С ы н. А ты как маньяк за кредиторш цеплялся. Баб доил, потом они из тебя жилы вытягивали.

О т е ц. Я хоть богатых находил, а твои нищенки даже черствой буханки в дом не принесли.

С ы н. Не учи жить! Призрак!

С ы н хватает со стола вазу, швыряет в О т ц а. Гаснет свет.

С ы н. Ты бросил меня! Ты бросил меня! Нет света! (берет керосиновую лампу, направляется в прихожую, проверяет пробки). Пробки в порядке. Может быть, отключили за неуплату?

О т е ц садится за пианино, раздается тихая мелодия.

С ы н. Ну вот, как только я начинаю вспоминать тот вечер, ты опять появляешься. Чего тревожишь меня?

О т е ц. Совершенно неправильно воспринимать смерть как катастрофу. На самом деле это приключение.

С ы н. Говорят, призраки являются к сумасшедшим. Значит, я сумасшедший?

О т е ц. Ты не сумасшедший, ты одинокий. А еще ты стал очень нервным. Раньше вазами не кидался.

С ы н. Да, я псих. Я завожусь, не могу остановиться.

О т е ц. Надо медитировать. Под музыку. Читать молитвы. Это помогает.

С ы н. Они ничем не лучше других.

О т е ц. Молитвы?

С ы н. Некоторые из них ничтожней ничтожного. Во всяком случае, ни тебя, ни меня они не лучше. Просто однажды попали в поток и ловчее сумели пристроиться. Никаких выдающихся качеств. Только ловкость и манипулирование. А все такие из себя… Изображают особенных. Тошнит от их навороченных тачек…

О т е ц. Ах, ты об этих… Мы погружаемся в материю, чтобы вернуться к свету.

С ы н. Когда тебя не стало, я понял, в чем приходилось вариться тебе, добывая кусок. Но мне удалось сохранить наше дельце, правда, оно по-прежнему едва держится на плаву.

О т е ц. Ничего. Материальный успех — временное удовольствие. Сегодня деньги есть, завтра нет. В будущем мир постепенно избавится от такого недоразумения, как деньги.

С ы н. Будь они неладны. Почему их присутствие так необходимо?

О т е ц. Вовсе нет. Это одна из иллюзий. Человек может обойтись малым: рис, вода, скромное жилище…

С ы н. Ха! Ты скажи это сильным мира. Посмотрю, как они сядут на рис.

О т е ц. Если бы была принята правительственная программа, которая вменяла сесть — сели бы. А тебе мой совет: не хватает денег — научись их делать из воздуха.

С ы н. Я делаю кое-что другое…

Направляется к шкафу, достает из-за него рулоны, протягивает через всю комнату бельевую веревку, разворачивает и вешает на прищепки полотна картин.

О т е ц. (идет будто по галерее, внимательно рассматривая работы) Интересно. Ты…Это… хочешь сказать… Твое? (Сын кивает ) Вот так-так…если смерти серп неумолим, создай творенье, чтобы спорить с ним! И давно?

С ы н. Школьные тетради, как ты помнишь, всегда были разрисованы. А серьезно началось, когда вы с матерью разделились. Я как будто от чего-то освободился.

О т е ц. (задерживается перед портретом дамы) Ба! Какое миловидное личико (берет стул, ставит напротив портрета, садится). Что из себя представляет оригинал? С кого рисовал?

С ы н. Отгадай с трех раз.

О т е ц. М-м-м… Какая-нибудь из твоих…Вроде, на эту… как ее?.. На Креветку…тьфу, что за сленг?.. похожа. Да, это она. Но ты, конечно, приукрасил. Все эти аксессуары 19-го века…меха…придают возвышенный колорит. Перед такой дамой даже неудобно сидеть (встает).

С ы н. Это мама.

О т е ц. Мама?.. (садится, затем резко встает, направляется к другой картине) Если бы она в жизни так одевалась… Интересные конфигурации…

С ы н. Кипарисовая аллея.

О т е ц. Хм… Похоже на иероглифы. А здесь похоже на чаек…

С ы н. Это и есть чайки.

О т е ц. Кипарисы и чайки хороши! Стилистика напоминает японское «хайга» — легкость и изящество. Это могут оценить. Как это ты ни разу не похвастался?

С ы н. Раньше времени не хотел показывать. Мечтал о сюрпризе: пристроить картины на какую-нибудь выставку и пригласить тебя.

О т е ц. Чертенок!

С ы н. Меня просто…(полушепотом) обосрали.

О т е ц. Кто обидел мое дарование?

С ы н. Ну, кто там у нас курирует творческие инициативы…

О т е ц. Да ты что?! Неужели так и сунулся? Там мужей и жен своих курируют. Живописцев красот родного края. У них все сосенки да лодочки.

С ы н. Вот мне и подумалось, что один из близких к идеалу способов покончить со всем — эпидемия. Некая глобальная акция, типа рекламной презентации какого-то товара… предположим, напитка. С бесплатной раздачей на пробу. Для пущей естественности пару-тройку конкурсов, опрос мнений, и спустя неделю — слухи о том, что компания, производящая напиток, развалилась. Все должно пройти довольно тихо.

О т е ц. Тебя не признали, и ты решил всех отравить?

С ы н. Я стал размышлять, как уничтожить раковую опухоль планеты. Что как не рак все эти временщики? Плодятся и плодятся! Портят воздух так, что невозможно дышать. (Читает по тетради) « Многие из нас уверены в том, что человечество подошло к опасной черте: участились катаклизмы, поднимается температура, магнитная ось пришла в движение и скорость её увеличивается. Прекрасный лик Земли обезображен заводами, городами, свалками… Организм планеты тяжело отравлен. Близка последняя стадия. Если мы будем ждать, то увидим ужасную трагедию, погибнет и Мать, и её дети. Мы пришли к выводу, что изменить сознание человечества, повернув его в прямо противоположную сторону, невозможно. Мы предлагаем человечеству выход: уйти с Земли добровольно. Это спасёт её от гибели. Уход должен быть организован настолько тайно и глобально, чтоб человечеству не осталось шансов опомниться. Сам уход должен быть безболезнен и лёгок. Так же способ не должен причинить чрезмерного вреда планете, флоре и фауне. Один из близких и идеалу способов – эпидемия, некий вирус. Протекание болезни — внедрение во все уголки человеческого тела, и спокойное существование в нём, далее организм незаметно отравляется продуктами жизнедеятельности вируса. Яд, выделяемый вирусом, постепенно копится в организме, достигает критической массы и с человеком случается инфаркт, кома, или что-нибудь подобное…».

О т е ц. Похоже на черную мессу

С ы н. Давай хоть черную, давай хоть какую, но надобно же что-то делать…Но я не знал, не знал, что мой собственный отец посмеет…

О т е ц. Воспользоваться?

С ы н. С моей стороны был чистый выпендреж, понимаешь? Ну, турнули меня, ну и что? Поболело — и отболело. Теория родилась из-за треугольника.

О т е ц. Какого треугольника?

С ы н. Креветка, Молюск и я. Она долго металась между нами, а я их постоянно чем-нибудь подкалывал. Мы часто философствовали… Однажды Молюск рассказал один сюжет, где человек открывает колбочку, в которой вирус, и вся планета погибает. Потом я приношу тетрадочку и так это невзначай ему подкладываю. Я специально там это все размазал… Вообще сама идея не нова. Еще во Франции в 14 веке какой-то тайный орден травил колодцы. Так что в умах это бродит, иногда выползает на поверхность.

О т е ц. (снова садится за пианино, звучит нежная мелодия) Да, люди часто играют со смертью…

С ы н. С другой стороны, когда чувствуешь безысходность, появляется безумная любовь. Как у Ромео и Джульетты. Они знали, что обречены, что их союз плохо закончится, поэтому так неистовствовали. Но вообще описанные у меня события могут произойти, если человечество дойдет до крайней точки. Всемирный потом случился когда-то по тем же причинам. Я описал некую болезнь, которую можно предотвратить. Кто-то сказал про Достоевского: черт, он правильно подметил, как все болеют… Нет, не следовало мне ее писать. Она слишком увлекает… Что за мелодию ты постоянно играешь? Опять Чайковского?

О т е ц. Это моя симфония.

С ы н. Ты написал симфонию?

О т е ц. Я писал ее всю жизнь. Ты спрашивал, любил ли я кого. Да! Музыку. Парню из деревни было сложно достичь высот. Я стал настройщиком для того, чтобы научиться слышать Возлюбленную. (встает, снова осматривает картины, останавливается перед последней) Небо неправдоподобно синее. Но впечатления не портит. Это какой-то курорт? Что-то до боли знакомое…даже это кафе…

С ы н. Это кафе «Танго».

О т е ц. «Танго»?

С ы н. Да, именно с ударением на последний слог. Как удар победного клинка в схватке с судьбой. Когда я разбогатею, ну, должно же когда-нибудь мне повезти, я открою кафе. Там будет галерея. Самая невероятная галерея в мире!

 

  • Антон Соя: я — за сказку!

    Антон Соя: я — за сказку!

    Король русского галлюциногенного реализма, писатель Антона Соя рассказывает о двух изданных сказках. Одна — для взрослых, вторая — для детей. Осталось только разобраться, кто из нас кто. Хотя?.. Сказкам все возрасты покорны! Read More
  • Людмила Погорелова. Те, кто имеет маски — сильны

    Людмила Погорелова. Те, кто имеет маски — сильны

    Актриса, чье появление на сцене обеспечивает невообразимую игру контрастов, увлечение зрителя в коридоры смыслов и идей. Людмила Погорелова — ведущая актриса Театра Романа Виктюка и женщина, вдохновляющая и преображающая мир своей неповторимостью. Read More
  • Арт-группа DTN. Творческий акт — вещь магическая

    Арт-группа DTN. Творческий акт — вещь магическая

    Единственный в своем роде творческий тандем дизайнера Alex Theatre_No и фотографа Раисы (Чешшш) Канаревой, не устает удивлять… Следя за их совместной работой, несложно предположить, что гармония творческих отношений существует! Read More
  • Вадим Курылев. Остаюсь собой

    Вадим Курылев. Остаюсь собой

    Интервью с Вадимом Курылевым, лидером группы «Электрические Партизаны». Вадим Курылёв развеивает стереотипы об анархистах, рассказывает о взаимопомощи, борьбе против массовой культуры. Read More
  • Рок Янки Дягилевой

    Рок Янки Дягилевой

    Скажешь просто — Янка, и всё ясно, не нужно ничего больше добавлять, и так понятно о ком идёт речь. Объяснять, кто она, тем, кто слышал её песни, не нужно, тем, кто не слышал, бесполезно. В этом году ей исполнилось бы 47 лет. Так и хочется добавить — всего-навсего 47 лет! Read More
  • Кошка Сашка. Здоровая конкуренция

    Кошка Сашка. Здоровая конкуренция

    Бард-рок музыкант Кошка Сашка, песни которой приписывают то Янке Дягилевой, то народу, утверждает что в современном искусстве здоровая конкуренция, делится планами турне по России и рассказывает как собрать стадион. Read More
  • Юлия Виданова. Падение в образы и неизвестность

    Юлия Виданова. Падение в образы и неизвестность

    Художник Юлия Виданова считает, что творческие соревнования — вещь субъективная, она видит богатство полутонов в тёмной палитре и говорит, что в современном веке не хватает остановки для созерцания. Read More
  • Дмитрий Бозин. Техника превращения

    Дмитрий Бозин. Техника превращения

    Дмитрий Бозин рассказывает о работе над спектаклем «Несравненная», о своём превращении в Флоренс Фостер Дженкинс и мечтает построить гиперболоид инженера Бозина, топливом для которого называет энергию молодости. Read More